В последние годы тема безопасности воздушного пространства и территориальной защиты страны вышла на первый план в военной и политической повестке США. Особое место здесь занимает комплексная система противоракетной обороны под названием "Золотой Купол". Эта инициатива, анонсированная в начале 2025 года, предполагает создание многоуровневой оборонной архитектуры, способной отражать угрозы самого разного характера - от баллистических ракет до гиперзвукового оружия и дронов. Однако сколько именно стоит создание и поддержка такой масштабной системы? Современная аналитика говорит о гигантском разбросе - от нескольких сотен миллиардов до триллионов долларов, и причина этого кроется в неясности технических требований и политических решений, окружавших проект с самого начала. Инициатива "Золотой Купол" была озвучена в январе 2025 года указом президента Дональда Трампа, который поручил Министерству обороны разработать всестороннюю систему защиты территории США от новых и развивающихся угроз воздушного и ракетного нападения.
В отличие от традиционных программ противоракетной обороны, эта система позиционируется как "система систем", где различные компоненты - наземные, воздушные и космические - будут работать в едином интегрированном формате. Такая комплексность и амбициозность неизбежно приводит к неопределённости в планировании и, следовательно, в оценках стоимости. Американский Институт Предпринимательства (American Enterprise Institute, AEI) опубликовал подробный доклад, подготовленный ведущим специалистом Тоддом Харрисоном, в котором были проанализированы возможные варианты архитектур системы и составлены примеры с расчётом примерных затрат на ближайшие 20 лет. Именно этот доклад дал представление о том, насколько широка ценовая палитра "Золотого Купола" - от 252 миллиардов до 3,6 триллионов долларов. Разбег ошеломляет: в нижней границе находятся архитектуры, сосредоточенные на отражении менее масштабных угроз, таких как атаки дронов и крылатых ракет, в то время как верхняя отмечена вариантами всеобъемлющей защиты, включая размещение межконтинентальных перехватчиков в космосе.
В основе таких значительных колебаний стоимости лежит вопрос политического выбора. По словам Харрисона, в конечном счёте финальное ценообразование будет зависеть не столько от технических возможностей или ограничений бюджета, сколько от того, какие угрозы руководство страны решит учитывать и какие области пространства будет решено защищать. Другими словами, речь идёт о балансе между уровнем риска и бюджетными приоритетами. Стоит подробнее рассмотреть ключевые составляющие и архитектурные решения, влияющие на стоимость системы. Первый аспект - географическое покрытие.
Пока не до конца ясно, будет ли "Золотой Купол" ограничен территорией континентальной части США, а также штатами Гавайи и Аляска, или же защита распространится на заморские территории, военные базы за рубежом и союзников типа Канады. Каждый дополнительный регион добавляет к цене сотни миллиардов долларов, учитывая сложность развертывания и обслуживания необходимых средств слежения и перехвата. Второй фактор - спектр угроз. Указ президента перечисляет широкий набор воздушных и ракетных угроз - от баллистических ракет средней и большой дальности до систем гиперзвукового оружия и высокоточных крылатых ракет. Многое зависит от решения, с каким масштабом нападений система должна справляться: отражать единичные или небольшие по численности удары со стороны "изгоев" или готовиться к полномасштабным сценариям с участием крупнейших мировых держав, таких как Китай и Россия.
Представители разведки оценивают, что к 2035 году количество опасных ракет у этих стран может превысить 16 тысяч, что значительно усложняет задачу защиты. Третий аспект - технические требования. На момент публикации отчёта AEI параметры эффективности системы, устойчивости к сбоям и допустимого уровня риска оставались недоопределёнными. От этого напрямую зависит выбор технологий, интенсивность исследований и разработок, а также логистические решения. Например, включение в состав системы спутниковых перехватчиков, работающих в космосе, радикально поднимает стоимость программы.
В докладе такой вариант получил название "Космическая стратегическая оборона" и оценен в 2,4 триллиона долларов. Это направление связано с высокими технологическими вызовами и необходимостью постоянного обслуживания и обновления инфраструктуры за пределами Земли. В противоположность этому более традиционные архитектуры с акцентом на наземные системы перехвата остаются относительно дешевым, но и менее эффективным вариантом. В числе примеров AEI - проект под условным названием "Ограниченная тактическая оборона" с бюджетом около 252 миллиардов долларов и системой, рассчитанной преимущественно на защиту от угроз типа дронов и крылатых ракет. Текущая неопределённость в архитектуре вызвана не только отсутствием чётких технических требований, но и отсутствием согласованности внутри политического руководства в отношении масштаба и приоритетности задачи.
С одной стороны, очевидно стремление обеспечить максимальную защиту и минимизировать риски, что ведёт к инфляции бюджета. С другой - реальные финансовые ограничения и сопутствующие экономические расходы требуют разумного компромисса. Как отметил Харрисон, вопрос на самом деле стоит так: сколько домашней воздушно-ракетной обороны достаточно? Полной защиты, которая может противостоять любым угрозам в любых масштабах и из любой точки мира, в принципе невозможно достичь. Следовательно, поставщики и военные стратеги оказываются перед необходимостью выбора, какая степень уязвимости приемлема с политической точки зрения. Интересно, что первоначальная заявленная президентом Трампом сумма в $175 млрд за первые пять лет появилась в докладе как "недостаточная" для решения задачи в полном объёме.
Аналитики говорят, что она больше подходит для поэтапного создания ограниченной системы, способной лишь частично снизить риски и продемонстрировать прогресс. Однако в свете растущих киберугроз, модернизации ракетных арсеналов и появления новых типов нападений можно предположить, что к середине столетия США придётся значительно увеличить вложения. Эксперты указывают, что несмотря на отсутствие единого официального проекта, сама философия "системы систем" указывает на будущее развитие военных технологий. Интеграция комплексных средств, включающая наземные радары, гибкие сети боевых единиц, космические платформы и искусственный интеллект для анализа и предсказания угроз, потребует многообразия технических решений и длительных программных испытаний. Всё это не может не отразиться на росте затрат.
В заключение, "Золотой Купол" представляет собой не столько конкретную программу, сколько рамочную концепцию обустройства воздушной и ракетной безопасности в эпоху стремительно меняющегося технологического и геополитического ландшафта. Его стоимость - одна из самых обсуждаемых тем, символизирующая вызовы, перед которыми стоит оборонная отрасль США в попытках сбалансировать инновации, эффективность и экономическую устойчивость. В итоге масштабы финансирования будут зависеть от того, какие угрозы американские политики решат считать приоритетными и насколько они готовы инвестировать в долгосрочную безопасность. Между амбициями и бюджетом стоит непростой диалог, который уже сегодня определяет будущее обороны страны. .
