В последние годы ИИ стал одной из самых обсуждаемых тем в технологическом и бизнес-сообществах. Повсеместно распространяется мнение, что искусственный интеллект способен целиком заменить человеческий труд в сферах услуг и производства, что приведет к масштабным изменениям на рынке труда и радикальному увеличению прибыли IT-компаний. Однако за этим громким заявлением скрывается множество сложностей и ограничений, о которых важно знать каждому, кто интересуется будущим технологий и их влиянием на экономику. Истоки и популярность мифа о замещении труда искусственным интеллектом связаны с несколькими факторами. Во-первых, на волне успеха многих ИИ-продуктов, таких как ChatGPT и другие системы автоматизации, стартапы и венчурные капиталисты начали трактовать эти достижения как возможность выгодного инвестирования в расширение ПО.
Соответственно, появилась гипотеза, что с помощью ИИ компании смогут полностью заменить сотрудников в сфере услуг и сэкономить сотни миллионов долларов, увеличив потенциальный рынок продаж программного обеспечения в 100-200 раз по сравнению с существующими показателями. Эта идея нашла широкое распространение среди инвесторов и аналитиков, стремящихся выявить следующую большую технологическую революцию. Тем не менее, глубокий опыт работы с ИИ и трезвый анализ реального поведения рынка показывают далеко не такие радужные перспективы. Во-первых, фундаментальное ограничение заключается в отличие восприятия клиентов от представлений венчурных капиталистов. Клиенты, использующие ИИ-продукты, понимают, что покупают именно программное обеспечение, а не полный функционал человеческой работы.
Программные решения должны иметь предсказуемую стоимость, быть дешевле содержания работников, надежными и хорошо вписываться в бюджеты компаний. Если продукт комплектуется ценой, сопоставимой с зарплатой сотрудника, потребители охотно отказываются от покупки. Это связано с тем, что стоимость программного обеспечения воспринимается иначе и задаются другие критерии эффективности и полезности. Реальный пример на рынке продаж программного обеспечения показывает, что попытка «выжать» из клиентов стоимость, равную затратам на зарплату работника, проваливается. Представим специалиста, работающего в сфере продаж с зарплатой 4000 долларов в месяц.
Предположим, что этот сотрудник делает вручную около 440 уникальных писем и звонков в месяц. Цена на ИИ-продукт при условии оплаты за каждый контакт может составлять лишь 440 долларов, что составляет примерно 11 процентов от зарплаты сотрудника. Получается, что бизнес получает от ИИ около десятой доли от той суммы, которую он ранее тратил на человеческий труд. Это несоответствие в восприятии стоимости порождает важный парадокс: хотя ИИ действительно может повысить производительность и заменить часть человеческой работы, экономическое влияние на доходы рынка программного обеспечения будет далеко не таким грандиозным, как прогнозируют оптимисты. Рынок расширится лишь частично, возможно, в пределах от 10 до 20 процентов первоначальных ожиданий, а не в десятикратном или сотократном масштабе.
Кроме того, важна роль и мотивация венчурных капиталистов. В преддверии запуска успешных продуктов, таких как ChatGPT, венчурный рынок испытывал серьезные трудности с привлечением средств из-за падения доверия инвесторов и краха некоторых стартапов. В таких условиях появилась необходимость в создании новой привлекательной истории, которая могла бы вернуть интерес к инвестициям и повысить объем привлеченных средств. Таким образом, миф о замещении труда с помощью ИИ стал удобным инструментом для продвижения этой истории. Однако следует понимать, что технология, по сути, лишь инструмент.
Её реальное влияние будет зависеть не от маркетинговых заявлений, а от того, насколько выгодна она окажется для конечных пользователей и как успешно внедрится в существующие бизнес-процессы. Люди и компании, как правило, осторожны в своих расходах и ожидают прозрачности и предсказуемости. Некоторые эксперты отмечают, что позитивные исторические примеры технологических замен — например, переход от лошадей и карет к автомобилям — не происходят одномоментно и не напрямую повторяются в каждом секторе услуг. Это требует времени, кардинальных изменений инфраструктуры и множества сопутствующих условий. ИИ-системы хоть и постоянно совершенствуются, пока лишь дополняют человеческие способности, помогая повышать эффективность, но на массовую замену продвинутых профессионалов они способны лишь частично и не всегда выгодно с экономической точки зрения.
Тем не менее, это не означает, что ИИ не оказывает значимого влияния на рынок труда. Он действительно меняет структуру работы, позволяет автоматизировать рутинные операции, ускоряет процессы и открывает новые возможности для бизнеса. Стоит сместить внимание с идеи полного замещения на концепцию повышения доступности и изобилия сервисов, которые станут возможны благодаря использованию искусственного интеллекта. Это позволит создавать инновационные продукты по более низкой цене и поддерживать рост новых направлений услуг. В целом, важно трезво оценивать, что ИИ не являет собой панацею и не создаст сверхприбыльных рынков просто за счет замещения человеческого труда.
Задача предпринимателей и разработчиков — строить продукты, которые клиенты готовы покупать, соответствующие реальным ожиданиям, бюджетам и потребностям. Только таким образом можно обеспечить устойчивое развитие бизнеса и внедрение технологий, полезных для общества. Вместо того чтобы бороться с мифами и ожиданиями, база для успешного использования ИИ должна строиться на честном диалоге с рынком и уважении к реальным экономическим законам. ИИ — это инструмент расширения возможностей, а не замещения человеческого труда на 100 процентов. Будущие успехи в этой сфере зависят от того, как быстро компании и пользователи адаптируются к новым формам сотрудничества человека и машины, а не от попыток оправдать гигантские прогнозы.
