В июле 2025 года произошло знаменательное событие для индустрии цифровых активов и криптовалют в США — Палата представителей проголосовала за продвижение трех важных законодательных актов: GENIUS Act, Anti-CBDC Surveillance State Act и CLARITY Act. Эти инициативы прошли процедурное голосование с минимальным перевесом 215 голосов против 211, что стало символом серьезного прогресса в регулировании крипторынка при существенном политическом противостоянии и резком вмешательстве со стороны бывшего президента Дональда Трампа. Процесс продвижения этих законопроектов отражает изменяющийся настрой в американском законодательном органе относительно цифровых валют и блокчейн-технологий, открывая новые возможности, но одновременно и минимизируя риски для пользователей и традиционных финансовых институтов. GENIUS Act – ключевой законопроект, направленный на создание четкой и исчерпывающей правовой базы для выпуска и обращения стейблкоинов в США. Закон устанавливает федеральные лицензии для эмитентов таких цифровых валют и требует, чтобы каждый стабильный токен был полностью обеспечен долларом или эквивалентными ликвидными активами.
Одной из главных задач закона является повышение безопасности и прозрачности на рынке стаблкоинов, поскольку в случае банкротства эмитента держатели криптовалюты получают приоритет в расчетах по сравнению с обычными кредиторами. Такой подход значительно снижает риски для инвесторов и пользователей и содействует гармонизации правил между криптовалютными платформами и традиционными финансовыми учреждениями. Успех GENIUS Act во многом объясняется его изначальной поддержкой в Сенате США в июне 2025 года, где закон прошел с результатом 68 против 30 голосов, включая 18 демократов, что подчеркивает наличие определенного уровня двусторонней поддержки важности регулирования стейблкоинов. Однако в Палате представителей ситуация была более напряженной: против закона выступили практически все демократы, а голосование зависело от единства республиканцев и личного вмешательства Дональда Трампа, который в ночь на голосование провел встречу с одиннадцатью сомневающимися депутатами из своей партии. Выступления президентов в такой чувствительный момент несут важное значение, поскольку именно благодаря его дипломатии удалось обеспечить необходимый кворум для дальнейшего продвижения закона.
Вторая значимая инициатива — Anti-CBDC Surveillance State Act — направлена на недопущение выпуска цифровой валюты центрального банка США (CBDC). Законодатели выражают серьезную обеспокоенность касательно рисков конфиденциальности, которые могут возникнуть при внедрении CBDC. В данном контексте закон четко запрещает Федеральной резервной системе полномочия по намерениям создавать и запускать цифровую версию доллара, предотвращая таким образом потенциально массовое государственное наблюдение и контроль за каждым финансовым действием граждан. Это решение вызывает живой отклик в индустрии и среди криптоэнтузиастов, которые с опасением относятся к идеям централизованной цифровой валюты, воспринимая ее как угрозу финансовой свободе и независимости. Наряду с этими законопроектами, CLARITY Act выступает как комплексный регуляторный инструмент, который устанавливает единые правила работы на рынке цифровых активов, обеспечивает прозрачность операций и защиту прав пользователей.
Закон призван упорядочить взаимодействие между криптовалютными компаниями, инвесторами и регуляторами, исключая неопределенности, которые нередко становятся причиной юридических споров и сниженной инвестиционной привлекательности сектора. CLARITY Act предусматривает стандарты отчетности, механизм контроля и ответственность участников, что делает рынок более предсказуемым и взаимовыгодным для всех сторон. Принятие этих трех законодательных инициатив является результатом напряженной политической борьбы и демонстрирует меняющийся ландшафт криптозаконодательства в США. Несмотря на отсутствие поддержки со стороны Демократической партии в Палате представителей, единство Республиканцев и активное участие Дональда Трампа изменили динамику событий, позволив сдвинуть законопроекты с мертвой точки. Это иллюстрирует, насколько важно межпартийное сотрудничество и участие ключевых политических фигур для продвижения эффективного и сбалансированного регулирования в таком новаторском секторе, как цифровые финансовые технологии.
Кроме политических аспектов, принятие законов совпало с новыми разъяснениями от федеральных банковских регуляторов, которые подтвердили, что традиционные банки могут выступать хранителями криптовалютных активов как по фидуциарным, так и нефидуциарным соглашениям. Это решение открывает путь для интеграции классической банковской системы с экосистемой цифровых активов, что значительно упрощает доступ к этим инструментам для широких слоев населения и способствует росту доверия к криптовалютам. Таким образом, успех законодательного продвижения GENIUS Act, Anti-CBDC Act и CLARITY Act способен оказать долгосрочное положительное влияние на развитие крипторынка в США. Установленные стандарты лицензирования, обеспечение надежности стабильных монет и защита от нежелательной цифровой валюты государственного образца формируют надежную основу для роста и инноваций. При этом остается открытым вопрос дальнейших деталей и практической реализации новых правил, а также возможность появления дополнительных инициатив и поправок в свете динамично развивающейся сферы цифровых активов.
Для участников отрасли, инвесторов и пользователей криптовалют принятие законов — это сигнал о серьезном отношении законодательной власти к регулированию рынка и стремлении создать безопасную и прозрачную среду. Внимательное отслеживание исполнения этих законов и адаптация к новым требованиям станет залогом успешной работы в будущем и сможет привлечь новые инвестиции, улучшить доступ к финансовым услугам и снизить риски. Переход США к формированию структурированной и защищающей интересы пользователя политики в отношении криптовалют и блокчейн-технологий устанавливает стандарт для других стран и формирует глобальный тренд на институционализацию и зрелость в данной отрасли. Это событие также предвещает усиление роли цифровых активов в экономике и финансовой системе, расширяя возможности для инноваций и развития финансовых технологий XXI века.
