Рынок шпионского программного обеспечения (спайвари) сегодня переживает значительный рост, что вызывает пристальное внимание как специалистов в сфере кибербезопасности, так и международных политиков. Согласно последнему исследованию Atlantic Council, именно Соединённые Штаты Америки возглавляют мировой рынок инвестиций в этот неоднозначный сектор. Их влияние не только заметно за счёт объёмов финансовых вливаний, но и за счёт стратегической роли в формировании экосистемы шпионского ПО, что порождает ряд сложных вопросов, касающихся прав человека, этики и международного права. Разберёмся в деталях, как именно США заняли лидирующие позиции, какие компании и финансовые структуры стоят за этим процессом, а также как развивается отрасль в целом и какова её перспектива в ближайшем будущем. По данным Atlantic Council, исследование охватило 561 компанию из 46 стран мира за период с 1992 по 2024 год.
За это время в сектор шпионского ПО пришло значительное количество новых инвесторов - с 94 в 2023 году до 128 в 2024. Такой количественный рост свидетельствует о возрастающем интересе к данной индустрии среди разнообразных финансовых структур и фондов. Особенно выделяется Америка: выявлено 20 новых компаний-инвесторов в 2024 году, общее число инвесторов достигло 31. Это значительно опережает показатели таких стран, как Израиль, Италия, Великобритания и целый Европейский союз со Швейцарией, в котором зафиксировано 31 инвестор. Несмотря на то, что Италия считается одним из главных хабов в сфере шпионского ПО с 12 инвесторами, американский рынок демонстрирует не только количественный, но и качественный рост.
США представлены крупными хедж-фондами и финансовыми компаниями, среди которых D.E. Shaw & Co., Millennium Management, Jane Street и Ameriprise Financial, инвестирующими в производителей и поставщиков легальных и спорных инструментов спайвари. Одним из таких получателей инвестиций стала израильская компания Cognyte, которая ранее была связана с обвинениями в нарушениях прав человека в ряде государств, включая Азербайджан и Индонезию.
Помимо Cognyte, значительное внимание уделяется недавно завершённой сделке по приобретению Paragon Solutions - израильского поставщика шпионского ПО, висевшего в списках компаний, связанных с вопросами национальной безопасности. Поглощение состоялось при участии AE Industrial Partners, инвестиционной фирмы из Флориды, специализирующейся на оборонном и остальном секторе безопасности. Стоит отметить некоторую двусмысленность положения американских политиков и инвесторов. Несмотря на активную борьбу официальных органов США с распространением и злоупотреблениями шпионским программным обеспечением, финансовые потоки из США продолжают поддерживать компании, обвиняемые в нарушении права на приватность и использовании инструментов слежения как в демократических, так и в авторитарных странах. Классическим примером является ситуация с Saito Tech (ранее Candiru), включённого в санкционные списки Министерства торговли США с 2021 года, однако продолжающего получать финансирование от американской фирмы Integrity Partners в 2024 году.
Аналитика показывает, что рынок шпионского ПО становится всё более сложным и разветвлённым. Ключевую роль играют посредники, либо реселлеры и брокеры, закрывающие связи между производителями и конечными покупателями. Благодаря такой структуре поставок становится крайне трудно точно определить корпоративные связи, происхождение средств и даже ответственность за конкретные действия с использованием шпионского ПО. В отчёте отмечаются новые компании-поставщики, такие как израильская Bindecy и итальянская SIO. Среди реселлеров появились подставные фирмы, связанные с известными продуктами NSO Group, включая компании из Панамы и Мексики.
Новыми поставщиками сервисов стали британская Coretech Security и ZeroZenX из ОАЭ. Такая географическая диверсификация говорит о стремлении игроков расширять своё влияние и проникать на новые рынки, повышая устойчивость к политическим и регуляторным вызовам. Этический аспект индустрии шпионского ПО остаётся одним из наиболее острых вопросов. Несмотря на то, что технологические достижения и инвестиции развивают инструментарий кибершпионажа, частые сообщения о злоупотреблениях и нарушениях прав человека подталкивают к ужесточению международного регулирования и обсуждению правовых норм использования подобных технологий. Инвестиционный бум привлекает не только финансовые структуры, но и специалистов в сфере искусственного интеллекта, машинного обучения и кибердипломатии.
Современные спайвари всё чаще используют возможности AI для повышения эффективности слежения, анализа больших данных и предсказания поведения целей. Это, в свою очередь, порождает новые вызовы для безопасности и приватности, требуя от государственных органов, правоохранительных структур и независимых наблюдателей более комплексного подхода к контролю и мониторингу. Выводя итоги, можно сказать, что США не просто сохраняют доминирующую позицию в инвестиционном сегменте рынка шпионского ПО, но и играют ключевую роль в формировании глобальной экосистемы этого сектора. Их влияние ощутимо не только в финансировании, но и в стратегических слияниях, технологических внедрениях и законодательных подходах. Однако технический и финансовый прогресс вовсе не снимает этические дилеммы и вопросы прозрачности.
Конфликт интересов между политическими усилиями по борьбе с незаконным использованием шпионского ПО и инвестиционными потоками на рынок остаётся напряжённым, требуя ещё более тщательно продуманных международных механизмов регулирования. Рынок шпионского программного обеспечения будет оставаться предметом пристального внимания со стороны как экспертов по кибербезопасности, так и международных институтов. Анализ текущих тенденций показывает, что главные игроки предпочитают развивать не только технологии, но и строить сложные цепочки партнерств и посредников, усложняя работу над надлежащим контролем и наблюдением. В будущем стоит ожидать дальнейшего участия крупнейших американских финансовых структур в секторе, роста числа инновационных поставщиков с использованием AI и расширения географии рынка. Все это вместе создаёт сложную, динамичную и многоаспектную картину индустрии, влекущей за собой вызовы, как технические, так и глобально политические.
.
